Газета «Негатив»

Премьер Фрадков подошел к кадровой проблеме отцов и детей вполне в духе времени, практично. Появление 26-летнего Петра Фрадкова на посту заместителя гендиректора Дальневосточного морского пароходства (ДВМП) оживило интерес к проблеме отцов и детей в современной российской политике. Через несколько месяцев после того, как Фрадков-старший прибыл из Брюсселя в Москву, чтобы занять премьерский пост, сын тоже вернулся на родину. Он стал топ-менеджером одной из трех самых крупных судоходных компаний страны. Ранее Фрадков-младший работал в США в качестве заместителя представителя Внешэкономбанка.

Успешно трудоустроил сына Игоря Владимир Жириновский. Когда он занял пост вице-спикера по квоте своей партии, его преемником во фракции стал Игорь Лебедев. Менее известен пример с депутатами Севенардами, отцом и сыном. Старший Севенард, Юрий, представлял во второй Думе КПРФ — когда-то он был строителем известной ленинградской дамбы, потом конкурировал с Анатолием Собчаком в борьбе за пост мэра Петербурга. Его сын Константин Севенард занимался бизнесом в Питере, а после избрания в третью Думу некоторое время состоял во фракции «Единство».

Андрей Воробьев, сын бессменного заместителя Сергея Шойгу в Министерстве по чрезвычайным ситуациям, одно время представлял Адыгею в Совете Федерации, а после минувших думских выборов перешел из верхней палаты Федерального собрания в нижнюю. Разумеется, по списку «Единой России», в первую тройку которого входил Шойгу.

Не исключено, что в следующей Думе может оказаться и сын генерала армии Валентина Варенникова — в настоящее время депутата от фракции «Родина». Генерал-лейтенант Владимир Варенников только что во главе «Родины» на Сахалине смог добиться своего первого большого политического успеха — возглавляемый им список победил на выборах в региональный парламент, обойдя «Единую Россию».

Особое внимание привлекают дети крупных региональных начальников. Многим из них прочили карьеру преемников своих отцов. Ходили такие слухи о сыне башкирского президента Урале Рахимове. Однако тот еще в 2002–2003 годах утратил ключевые посты в системе башкирского бизнеса. В 2002 году Урал покинул пост главы совета директоров «Башнефтехима», а годом позже вышел из совета директоров «Башнефти», который также возглавлял. Утверждают, что это стало следствием напряженной борьбы в республиканской верхушке.

Поговаривали подобное и о сыновьях татарского президента Минтимера Шаймиева, Радике и Айрате. Однако до поры они больше интересуются автогонками, чем политикой. В 90-е годы Радик Шаймиев входил в состав совета директоров «Татнефти» и считался одним из ее реальных совладельцев, но политического продолжения его карьера не имела. Сейчас он более известен как чемпион Европы-2003 по автокроссу. Хотя, как утверждают знающие люди, экономическая мощь шаймиевского клана осталась на прежнем уровне, а группа компаний «ТАИФ», в которой европейский чемпион некогда был гендиректором, как и раньше, играет значительную роль в экономике республики.

Единственный пример, напоминающий начало раскрутки сценария «преемничества» на региональном уровне,— недавнее назначение Марины Рогачевой сенатором от администрации Орловской области. Неожиданное появление Рогачевой в качестве политика федерального масштаба вызвало к жизни гипотезу о том, что она может стать следующим губернатором области — с учетом того, что ее отец пользуется огромной поддержкой избирателей. Однако сейчас эта версия становится весьма уязвимой — вряд ли в Кремле будут поощрять возникновение династии в отдельно взятом регионе.

В Санкт-Петербурге тем временем наблюдатели пристально следят за карьерой сына губернатора Валентины Матвиенко, 30-летнего Сергея. Недавно он занял пост вице-президента банка «Санкт-Петербург». Банк «Санкт-Петербург» вместе с питерским «Промстройбанком» входит в состав более крупной структуры — Банкирского дома «Санкт-Петербург» во главе с известным финансистом Владимиром Коганом, пользующимся, по некоторым сведениям, особым расположением Главы государства.

Компромат.ru