Газета «Негатив»

5 февраля 2002 года в здравоохранении республики произошло знаковое событие – новоиспеченный Глава Коми посадил в кресло министра своего семейного доктора Эльвиру Нечаеву.

Не совсем понятным осталось, правда, какой диагноз Владимир Торлопов поставил населению республики, назначив министром невропатолога, но, тем не менее, протеже руководителя региона народ встретил как национального героя, пришедшего спасать загубленную отрасль. Первые результаты не заставили себя долго ждать. Врачи-эксперты ФОМСа за первые шесть месяцев 2002 года проверили более пяти тысяч фактов оказания медпомощи, и в половине случаев ими были выявлены грубые нарушения. Мало того, качество медицинского обслуживания в пяти лечебных заведениях Коми было признано неудовлетворительным. В «черном списке» оказались отделения больниц Усинска, Печоры, Ижемского и Корткеросского районов, а также одна из поликлиник Сыктывкара. С тех пор Эльвира Нечаева стабильно держится в отрицательной зоне общественного мнения, а возглавляемую ею отрасль не критикует разве что ленивый.

С незапамятных времен «лицом» местного здравоохранения считались медучреждения республиканского значения. Однако с момента «вхождения на престол» Нечаевой именно эти лечебные заведения стали превращаться в рассадники воровства, пьянства и нищеты. Сегодня достаточно беглого взгляда на республиканскую инфекционную больницу, чтобы понять: в полуразвалившемся здании, напоминающем замок графа Дракулы, не то чтобы невозможно полноценно лечить пациентов с ВИЧ или гепатитом, а скорее трудно представить, как в таких условиях врачам удается победить банальный понос. Недаром сыктывкарский мэр Сергей Катунин пришел в ужас после внеплановой «экскурсии», которую он совершил в конце сентября в это учреждение. Пустующие помещения, похожие на притон для местных наркоманов, и не выдерживающие никакой критики условия содержания пациентов мало увязывались в сознании мэра с медицинским учреждением. Но, похоже, госпожу Нечаеву эта проблема волнует не так уж сильно.

По крайней мере, несмотря на настойчивое приглашение, она так и не изъявила желания «прогуляться» по больнице в компании Сергея Катунина.

Предметом гордости региона всегда считался Кардиологический центр. После того, как место заместителя Нечаевой занял главный кардиолог РК Владимир Нужный, и в этом заведении начали происходить удивительные метаморфозы. Показательна в этом плане история увольнения и последующего восстановления заведующего реанимационным отделением Льва Киселева. Последний прославился тем, что не раз попадался во время дежурств на распитии спиртных напитков и употреблении сильнодействующих лекарств типа «Стадола», по свойствам схожего с морфином. Неадекватный доктор, кое-как «соскочивший» с уголовного дела за незаконный оборот наркотиков, на столь ответственном участке начал напрягать руководство центра, и Киселева уволили. Но доктор Нужный так проникся к проблемам Льва Олеговича, что решил лично поучаствовать в судьбе врача.

В итоге Киселева восстановили на работе, правда, определили его не в реанимацию, а в палату интенсивной терапии. Но больным от этого навряд ли станет легче. Влияние на кадровую политику центра вообще стало нормой для «правой руки» Нечаевой. К примеру, порядка двух месяцев главный кардиолог РК методично и упорно лоббировал назначение заведующим одного из отделений своего сына. Последний, по рассказам пациентов, тоже к вечеринкам на рабочем месте неравнодушен. К счастью для больных, планы Нужного так и не реализовались. По крайней мере, пока.

А вот отношения Эльвиры Нечаевой с главным врачом онкологического диспансера Владимиром Косовым и вовсе выходят за рамки приличий. Сколько бы ни мелькало учреждение в криминальных сводках – не идет туда министр наводить порядок. Получается, что ни наркотики, ни странные смерти пациентов не могут оторвать мягкое место Эльвиры Владимировны от уютного министерского кресла.

А уж если не доходят руки у министра до крупных медучреждений, то нетрудно догадаться, что творится в мелких. Спрашивается, можно ли положительно оценить план реформирования отрасли, представленный министром в виде панацеи для прогнившей системы здравоохранения, если первое, что сделала на своем посту Нечаева, – это реализовала идею сокращения больничных коек?! По уму-то, конечно, сначала надо было создать амбулаторную базу и только потом избавляться от круглосуточных мест в стационарах. Но в поликлиниках как был один хирург, так один и остался. Только пациентов у него прибавилось. Именно столько, сколько коек было сокращено. Теперь попасть на прием можно, лишь основательно запасясь терпением, а лечь в больницу легче всего, если тебя привезли на машине «скорой помощи», поскольку из плановых больных в стационарах всех мастей выстроились приличных размеров очереди.

К «административноструктурным» изменениям Эльвира Нечаева причислила «укрупнение» сельских лечебных учреждений. На деле получилось, что после закрытия участковых больниц в отдаленных районах Коми, где нет нормальных дорог, и население по полгода отрезано от большой земли, люди оказались лишенными даже самой элементарной квалифицированной помощи. Первыми тревогу по поводу «укрупнения» забили пациенты Помоздинской участковой больницы. После нечаевской реформы жители сел Пузла, Ягкодж, Диасерья, Ярашью и деревень Скородум, Модлапол, Кырныша, Пожегдин, Бадьельск, Помоздино и Вольдино вынуждены по всяким пустякам ездить в Усть-Кулом или вовсе в Сыктывкар. Автобусы в села из райцентра ездят раз в два дня, так что поездка на прием к специалисту занимает у жителей этих населенных пунктов как минимум четверо суток. Позволить себе подобные вояжи местное население попросту не может. Но Эльвиру Нечаеву проблемы сельчан волнуют не больше, чем положение пациентов республиканской инфекционной больницы, так что все открытые письма и заявления министр оставила без внимания. «Много шума из ничего», — только и заявила она на встрече с жителями района.

Несмотря на все нечаевские «административноструктурные» изменения, качество медицинского обслуживания даже в «укрупненных» больницах не улучшилось. Неоднократно на сессиях Госсовета поднимался вопрос о бедственном положении интинских стационаров, где лечение происходит только теми медикаментами, которые покупают сами пациенты, а больных кормят на 17 рублей в сутки вместо положенных 50-ти. Аналогичная ситуация сложилась и в большинстве городских больниц других муниципальных образований, где в целях экономии средств больных нелегально переводят на дневной стационар.

При этом во всех смертных грехах Эльвира Нечаева, как и ее покровитель Торлопов, винит… глав городов и районов, которые якобы не перечисляют в ФОМС денег за неработающее население. В действительности же без зарплаты сидят как раз врачи тех территорий, которые долгов перед ФОМСом не имеют.

Кстати, о долгах. Именно в медицине прочно сформировалась просроченная задолженность по оплате труда. К примеру, в августе долги перед работниками здравоохранения увеличились на 1,3 миллиона рублей. В числе имеющих задолженность от 0,5 до 1,7 миллиона рублей — центральные больницы Удорского и Сыктывдинского районов, Сосногорска, а также детская городская больница в Воркуте; от 50 до 300 тысяч рублей — Ухтинский межтерриториальный родильный дом, Печорский противотуберкулезный интернат, Кунибский психоневрологический интернат. Более миллиона рублей просроченной задолженности по оплате труда имеет аптечное управление Минздрава РК. Не удивительно, что при таком финансировании в Коми наблюдается острый кадровый дефицит. В больницах недостает более 2300 врачей, не говоря уже о менее квалифицированном персонале.

Отдельную «благодарность» жители республики могут выразить Эльвире Нечаевой за обеспечение бесплатными лекарствами. Если раньше республиканский список этих медикаментов превышал российский на 200 наименований, то теперь он практически от него не отличается. При этом проблемы обеспечения лекарствами Эльвира Нечаева решает весьма оригинально. До сих пор следственным управлением МВД проводится расследование по уголовному делу, возбужденному в феврале этого года в отношении министра здравоохранения, ее зама Нужного и начальника аптечного управления Зинаиды Христовой. Чиновников подозревают в приобретении медикаментов по завышенным ценам. Эта троица, звучно наплевав на Гиппократа, «кинула» всех страждущих исцеления граждан республики на 20 миллионов хрустящих рублей.

Правда, их сообразительность не превзошла сообразительность знаменитого Корейки, действовали они топорно, но зато эффективно. Проигнорировав обязательные торги и государственный комитет по закупкам, они влезли в госбюджет и закупили через некую посредническую фирму аспирин по непомерной цене. После возбуждения уголовного дела стал понятен и глубинный смысл этого жеста. Оказывается, за упомянутой посреднической фирмой стоял зять Главы республики Василий Прилипко.

Родственничка Торлопова факт возбуждения уголовного дела, похоже, ничуть не смутил, поскольку уже спустя несколько месяцев он был замечен в кабинетах Веры Скоробогатовой, Эльвиры Нечаевой и прочих чиновников. Говорят, целью его визитов было настойчивое желание убедить руководство региона в необходимости выделения федеральных средств по линии ФОМСа на приобретение медицинского оборудования. При этом зять главы никаким официальным лицом в предлагаемой им сделке не является, а значит, и оснований вести с ним переговоры у чиновников нет.

Вот и ставит Прилипко местную политэлиту в весьма затруднительное положение: «послать» родственника главы как-то неудобно, а пойти у него на поводу все равно что себя подставлять, ведь в то, что Прилипко на сделке ничего не поимеет, верится с трудом… Медицина Коми безнадежна больна. Ее надо лечить. И желательно оперативно. Только доверить это надо не лечащему врачу, пусть даже невропатологу Торлопова. Ведь протеже последнего, как показывает практика, обычно не лечит, а калечит.

Антон Оскаров.